Аркадий Варламович Пятиглазов был личностью столь же внушительной, сколь и двусмысленной. В московских гостиных о нем шептались, что он знает рецепт золота или, по меньшей мере, имеет в кармане ключи от кабинетов, куда обычным смертным вход заказан. Внешне он напоминал отставного генерала какой-нибудь несуществующей империи: массивная голова с седыми висками, тяжелый подбородок и глаза — холодные, как лед на дне колодца, но способные в минуту редкого расположения духа вспыхивать теплым янтарным светом.
Он жил в особняке в одном из переулков близ Пречистенки. Дом этот был полон странных вещей: огромные напольные куранты, которые отбивали время с таким грохотом, будто предсказывали конец света. Библиотека: стеллажи до потолка, где корешки старых книг пахли кожей, приключениями и пылью веков. Свою фамилию он носил с гордостью, утверждая, что человек дела должен смотреть на мир пятью глазами: двумя обычными, глазом опыта, глазом интуиции и, наконец, «глазом совести» (который он, впрочем, открывал довольно редко).
Если Пятиглазов был подобен тяжелому, величественному органу, то его главный конкурент, Савва Игнатьевич Крысобоев, напоминал надтреснутую флейту, изрыгающую ядовитые звуки. Крысобоев был человеком неопределенного возраста с лицом, похожим на сушеный гриб. Вся Москва знала: если нужно составить контракт, в котором дьявол сломает ногу — нужно идти к Крысобоеву.
Отношения обострились, когда в центре конфликта встал тендер на застройку старого квартала за Таганкой. Пятиглазов планировал воздвигнуть там современный деловой и образовательный центр с садами и библиотеками. Крысобоев же видел в этом куске земли лишь гектары, которые можно плотно заселить доходными домами-муравейниками. Конфликт зашел в тупик. Пятиглазов не мог купить Крысобоева, потому что Савва Игнатьевич ненавидел Аркадия Варламовича больше, чем любил золото. Тогда Крысобоев решил убрать конкурента физически. На кону были огромные деньги.
Мало кто знал, что суровый Аркадий Варламович питал слабость к бродячим котам. Каждую среду он выходил из своего бронированного автомобиля и, оглядываясь, нет ли шпионов от прессы, кормил в подворотнях котов лучшей ветчиной. Именно эта скрытая сентиментальность чуть не стоила ему жизни. Найти исполнителя оказалость совсем не сложно. Деньги решают все.
Золотая клетка и код свободы
Ошибка конкурента. Бухгалтерия судьбы
