Дом с привидением

В старом доме №17 по улице Кленовой жила семья Ивановых. Они переехали недавно. Дом достался по наследству от дальнего одинокого родственника. Семья состояла из Марфы Петровны 75 лет — женщины строгой, но справедливой, её сына Сергея — человека вечно занятого, его жены Ольги — любительницы порядка и чистоты, и их дочери Кати — девочки 10 лет, живой и непоседливой. Ещё в доме проживали кот Васька, наглый рыжий философ, и пудель Артамон — существо нервное, но благородное.

История началась в один, казалось бы, самый обычный вечер, через неделю после того как семья въехала в дом. Васька первым это заметил. Вернее, услышал. Он лежал на подоконнике, лениво наблюдая за улицей, где ничего особенно интересного не происходило. Вдруг его уши дрогнули.

— Апчхи! — раздалось где-то в глубине дома.

Васька медленно поднял голову.

— Мур? — сказал он сам себе.

Он не был склонен к панике. За свою жизнь он пережил многое: переезд, пылесос, огурцы. Но это чихание было странным. Оно не принадлежало ни одному члену семьи.

— Апчхи! — снова.

Васька спрыгнул с подоконника и пошёл проверять. Он прошёл кухню — никого. Заглянул в коридор — пусто. На секунду остановился, посмотрел в зеркало и одобрительно кивнул своему отражению.

— Апчхи!

Теперь точно из кладовки. Васька подошёл к двери, приоткрыл её лапой и заглянул внутрь. Там никого не было. Васька нахмурился.

— Мур… — сказал он и ушёл, решив, что это ему показалось.

Марфа Петровна сидела в кресле, вязала и смотрела телевизор.

— Апчхи!

Марфа Петровна замерла.

— Сергей! — позвала она.

— Что, мама?

— Ты чихнул?

— Нет.

— Ольга!

— Да?

— Ты чихнула?

— Нет.

Марфа Петровна медленно отложила вязание.

— Тогда кто?!

— Никто не чихал, тебе показалось, — сказал сын.

Все замолчали.

— Апчхи!

— Ну вот опять, — сказала Марфа Петровна. — Слышали?

Сергей переглянулся с Ольгой, затем с тревогой посмотрел на мать.

— Мама, с тобой все в порядке? Ты не заболела?

Марфа Петровна удивленно посмотрела на сына.

— Нет. Я чувствую себя совершенно здоровой.

Одна Катя обрадовалась.

— Это привидение! — сказала она с восторгом.

— Не выдумывай, — строго сказала Ольга. — Привидений не бывает.

— Тогда это сквозняк, — предложил Сергей.

— Сквозняки не чихают! — отрезала Марфа Петровна.

— Может, это кот?

Все посмотрели на Ваську. Васька посмотрел на всех.

— Мур, — сказал он, что означало: «Вы серьёзно?»

На следующий день всё было тихо. Семья Ивановых почти успела забыть о странном чихании — почти, потому что Катя напомнила о нём за завтраком, обедом и ужином, а также дважды в промежутках.

— Привидение живёт в кладовке, — сообщила она, намазывая масло на хлеб с видом человека, которому известны все тайны мироздания. — Я проверила. Там холодно. А в других комнатах не холодно. Это признак.

— Признак того, что форточку надо закрывать, — сказал Сергей.

— Признак потустороннего присутствия, — не согласилась Катя.

Ольга закатила глаза. Марфа Петровна промолчала, но задумчиво покосилась в сторону кладовки. Васька в это время ел с подчёркнутым безразличием ко всему происходящему. Хотя, если бы кто-то мог читать кошачьи мысли, он бы узнал, что Васька уже дважды проверял кладовку ночью и оба раза уходил оттуда с ощущением лёгкой философской растерянности.

Той же ночью Марфа Петровна проснулась в половине третьего. Она не знала, что её разбудило. Просто открыла глаза — и всё. За окном шумел дождь. Где-то в доме скрипнула половица. Артамон, спавший у её ног, поднял голову и тихо, совсем тихо заскулил.

— Цыц, — сказала Марфа Петровна.

Марфа Петровна полежала минуту, потом встала, сунула ноги в тапочки — старые, растоптанные, в форме зайцев, подарок от Кати — и вышла в коридор. Коридор был тёмным. Марфа Петровна не стала включать свет — не хотела будить домашних. Двинулась на кухню за водой, ориентируясь по памяти. Она уже почти дошла, когда увидела его. Он стоял у холодильника. Точнее — висел. Примерно в десяти сантиметрах от пола. Слабо светящееся нечто в форме расплывчатого силуэта — что-то вроде пожилого мужчины в жилетке, хотя жилетка тоже светилась и была полупрозрачной. Нечто смотрело на Марфу Петровну с видом глубокой задумчивости.

Марфа Петровна остановилась. Они посмотрели друг на друга.

— Апчхи! — сказало нечто. И исчезло.

Марфа Петровна постояла секунду. Затем открыла холодильник, налила воды, выпила, поставила стакан и вернулась в постель.

— Стало быть, привидение, — сказала она в темноту потолка совершенно спокойно. И потом добавила: — Я не потерплю в доме посторонних.

Артамон накрыл морду лапами.

Утром Марфа Петровна ждала завтрака с видом человека, которому есть что сообщить.

— Я видела привидение, — объявила она, как только все собрались за столом.

Сергей поперхнулся кофе.

— Мама…

— Ночью, на кухне. Стояло у холодильника. Мужчина в жилетке. Чихнуло и исчезло.

— Мама, — осторожно повторил Сергей. — Ты, может, просто… не совсем проснулась? Такое бывает.

— Я просыпаюсь полностью, — с достоинством сказала Марфа Петровна. — Я это делаю уже 75 лет и до сих пор справляюсь.

— Я же говорила! — Катя чуть не опрокинула чай от восторга. — Привидение! Бабушка, расскажи подробнее! Оно было страшное? В цепях? Оно завывало?

— Нет. Оно чихало.

— Это всё равно круто.

— Катя, замолчи, — сказала Ольга. Потом посмотрела на Марфу Петровну с тем особенным выражением, которое свекрови всего мира научились безошибочно распознавать: снисходительная обеспокоенность. — Марфа Петровна, вы хорошо спали? Давление не беспокоит?

— Давление у меня отличное, — отрезала Марфа Петровна. — И я не выжила из ума, если вы это хотите сказать.

Сергей и Ольга обменялись красноречивым взглядом. Из тех взглядов, которые говорят: «Надо понаблюдать».

Марфа Петровна твердо решила поговорить с привидением, чтобы расставить все точки над «И». Дождавшись ночи, она решительно направилась на кухню, чтобы увидеть его снова.

— А ну выходи, — строго сказала она.

Из воздуха медленно проявился тот самый прозрачный силуэт. Немного неловкий, слегка дрожащий и с выражением лица человека, который не ожидал, что его увидят. Марфа Петровна прищурилась.

— Ты кто?

— Я… тут живу…

— Сколько лет?

— Примерно… сто двадцать…

— Прописка есть?

Призрак растерялся.

— Я… умер тут…

— Это не освобождает от регистрации, — строго сказала Марфа Петровна.

— Апчхи…

— Так. Значит, это ТЫ у нас чихаешь. — Марфа Петровна внимательно его осмотрела. — Худой. Бледный. Ясно.

— Что ясно?.. — переспросил призрак.

— Что больной. От чахотки, что ли, умер? — спросила она.

— Нет, от пьянки.

— Алкоголик, значит.

Привидение стояло, понурив голову.

— Так значит ты водку искал на кухне, — догадалась Марфа Петровна. — Значит так, — продолжила она. — Мы семья трезвенников, не пьем и тебе не позволим.

Призрак удивленно на нее посмотрел: — Я же привидение. Я пить не могу.

— А чего ж тогда рыскаешь по кухне?

— Просто, чтобы посмотреть.

— Ясно, — сказала Марфа Петровна. — Выгнать, стало быть, я тебя не могу. Все равно сквозь стены проходишь. Значит, будешь помогать по хозяйству.

— Я же привидение, я ничего не могу делать.

— Ничего страшного. Я найду тебе занятие. У меня никто не лодырничает.

На кухню зашел сонный Сергей. Он услышал голос и решил проверить, с кем разговаривает его мама. Марфа Петровна стояла посреди кухни.

— Мама, ты с кем сейчас говоришь?

— С ним, — спокойно ответила Марфа Петровна.

— С кем?

— С привидением, конечно.

— Мама… — осторожно начал Сергей. — В доме нет привидений.

— Есть.

— Нет.

— Есть. Не спорь с матерью.

В глазах Сергея появилась тревога. Он вернулся в спальню.

— Ольга, проснись.

— Что случилось? — спросила сонно Ольга.

— Кажется, у мамы начались проблемы с головой. Слышишь?

Ольга прислушалась. Марфа Петровна с кем-то разговаривала.

— С кем она разговаривает? У нас гости? — спросила удивленно Ольга.

— Нет. Она разговаривает с привидением.

— У нас в доме привидение? — Ольга окончательно проснулась.

— Мама говорит, что да, — ответил Сергей.

На следующее утро вся семья сидела на кухне за столом и завтракала.

— Мама, — твердо сказал Сергей. — Мы решили показать тебя специалисту. Я думаю, тебе нужна помощь.

Марфа Петровна удивленно посмотрела на сына.

— Ты о чем? — спросила она.

— О твоем ночном разговоре с привидением.

— А что не так? У нас в доме живет привидение. Кстати, его зовут Тихон. Он довольно миролюбивый, хотя и умер от пьянства. И он сейчас сидит с нами за столом.

Ольга боязливо посмотрела по сторонам.

— Ты уверена? — спросил Сергей.

— Конечно. В отличие от остальных у меня отличное зрение.

И Марфа Петровна гордо удалилась в другую комнату.

— Кстати, Тихон сказал, что ты течь в трубе ищешь не в том месте. Она в санузле находится справа внизу, — крикнула из комнаты Марфа Петровна.

Сергей удивленно поднял глаза.

— Откуда ты знаешь? Я никому этого не говорил.

— Ты слишком громко думаешь. Тихон сказал.

Призрак оказался очень удобным. Он находил потерянные вещи, отпугивал надоедливых соседей, напоминал про забытый чайник, находил документы, контролировал, выключены ли плита и утюг, проверял, заперты ли двери и окна перед сном, искал ключи, телефон, следил за зарядкой устройств, проверял почтовый ящик, напоминал о сроках оплаты счетов, находил просроченные продукты в холодильнике, будил в нужное время, напоминал о забытых делах и встречах.

Катя была счастлива.

— У нас настоящий призрак!

— И он чихает, — добавил Сергей.

— Но уже меньше, — заметила Марфа Петровна.

Дом стал ещё более живым. Иногда ночью можно было услышать тихое:

— Апчхи…

— Будь здоров! — говорила Марфа Петровна сквозь сон.

— Спасибо… — отвечал призрак.

И дом №17 на улице Кленовой наконец-то перестал быть просто старым. Он стал домом с привидением. Причём довольно воспитанным.